О храме
Хор
Богослужения
Адрес
Ссылки
Гостевая

Истомин Владимир Иванович (6(18).03.1809 г. – 7(19).03.1855 г.).

Контр-адмирал Истомин Владимир Иванович Владимир (Владислав) Истомин родился в семье чиновника камерального суда Эстляндской губернии коллежского секретаря Ивана Андреевича Истомина. В "Формулярных списках о службе и достоинстве" Владимира Ивановича указано, что он происходил из потомственных дворян Эстляндской губернии, согласно другим источникам – из дворян Псковской губернии. Все четыре брата Истомина стали моряками, двое из них – Константин и Павел дослужились до адмиральских чинов. Получив дома начальное образование, в марте 1823 г. Владимир Истомин поступил в Морской кадетский корпус, который окончил гардемарином в мае 1827 г., т.к. "по недостижении законного числа лет не мог быть произведен в мичмана". Его назначили на линейный корабль "Азов" под начальство капитана 1-го ранга М.П.Лазарева – на "сослужение с братьями" мичманами Константином и Андреем. 8.10.1827 г. "Азов" принял участие в Наваринском сражении, за отличие в котором гардемарин Владимир Истомин был награжден знаком отличия Военного ордена Св. Георгия (№ 46467) и произведен в мичмана. Командующий эскадрой граф Л.П.Гейден в рапорте о награждении отличившихся в бою гардемаринов Шишмарева, Белаго, "а особенно Истомина", писал: "За окончание ими курса учения и по пришествии их теперь в совершенный возраст, которые только за сим оставались непроизведенными, в уважении отличной их храбрости и деятельности во время сражения, осмелился объявить им мичманские чины с 19 октября ..." 1827-1832 гг. Владимир Истомин служил на "Азове", "совершенствуя свое морское образование в серьезной военной обстановке, созданной продолжительными крейсерствами в Архипелаге и участием в блокаде Дарданелл. Время это Истомин использовал для знакомления с военно-морской историей, наукой и порядками службы на судах иностранных эскадр; все это поставило его с молодых лет в ряды образованнейших и опытных моряков нашего флота", – так писал в начале XX в. об этом периоде становления Истомина как офицера один из его биографов. В 1832 г. мичман Истомин был переведен на корабль "Память Азова" и служил на Балтике, в 1833 г. произведен в лейтенанты.

Ставший осенью 1834 г. Главным командиром Черноморского флота М.П.Лазарев постепенно стал собирать на Черном море преданных морской службе, грамотных и деятельных офицеров. В 1835 г. по его ходатайству Истомина перевели в Черноморский флот, где он служил на корабле "Варшава" и участвовал в крейсерствах у берегов Кавказа. В июле 1837 г. лейтенант Истомин стал командиром парохода "Северная Звезда". В конце августа того же года в Вознесенске, небольшом городе-пристани на Южном Буге, "Северная Звезда" приняла на борт Николая I с супругой, цесаревича Александра и Великую Княгиню Марию, совершивших на этом пароходе переход в Севастополь, а затем к Кавказским берегам. По окончании плавания Истомин удостоился особого внимания Их Величеств и получил в подарок два перстня с бриллиантами, годовой оклад жалования, а также был награжден орденом Св. Владимира 4-й ст. В 1838 г. Владимира Ивановича назначили командиром 16-пушечной шхуны "Ласточка", которая участвовала в крейсерствах, перевозках десантных войск и плаваниях в Средиземном море. В июне 1840 г. в письме к начальнику Главного Морского штаба князю А.С.Меншикову адмирал Лазарев сообщал: "Лейтенанта Истомина-3 в. с-ть (ваша светлость) непременно произвела бы сами, если бы увидели возвратившуюся в зимнее время шхуну "Ласточку",... отзывы о ней англичан и французов, командовавших военными судами в Архипелаге..., возвышают честь Российского флота за границею... В лучшем порядке военное судно видеть невозможно. Истомин восьмой год как служит лейтенантом и 13 лет офицером, я намерен представить в.[ашей] с-ти о назначении его командиром на имеющий заложиться корвет ..., и в таком случае чин капитан-лейтенанта очень бы соответствовал таковому командованию. Познания его и заботливость по службе доставят флоту отличнейший корвет". В июле 1840 г. Владимира Истомина произвели в капитан-лейтенанты, спустя два года он получил в командование корвет "Андромаха", на котором крейсировал у абхазских берегов. В это же время Владимир Иванович вошел в состав Комитета директоров Морской офицерской библиотеки в Севастополе, в котором находился до самой смерти. В 1843 г. Истомина назначили командиром фрегата "Кагул", который стал одним из лучших судов в Черноморском флоте. В 1845 г. кавказский наместник князь М.С.Воронцов обратился к адмиралу М.П.Лазареву с просьбой прикомандировать к своему штабу знающего и опытного офицера "для разработки местных морских вопросов". Выбор пал на Истомина, который своей службой завоевал доверие и уважение Воронцова. В течение пяти лет Владимир Иванович состоял в должности офицера по морской части при наместнике на Кавказе, участвовал в совместных операциях Черноморского флота и армии против горцев, в т.ч. в осадах укреплений Гергебиль и Салты. За отличие в боевых действиях в 1847 г. капитан-лейтенант Истомин был произведен в капитаны 2-го ранга, в 1849 г. досрочно получил чин капитана 1-го ранга.

В 1850 г. Истомин стал командиром 35-го флотского экипажа и 120-пушечного линейного корабля "Париж", только что вошедшего в строй. И вновь месяцы тяжелейших крейсерств у Кавказского побережья. Вся служба на "Париже" была поставлена образцово благодаря ежедневным учениям матросов и офицеров в обстановке, приближенной к боевой. Первую половину 1851 г. Владимир Иванович провел с тяжело больным М.П.Лазаревым. Истомин сопровождал своего учителя и друга на лечение в Вену, находился при нем безотлучно до последнего часа Михаила Петровича, а после смерти адмирала сопровождал его прах в Севастополь. Завершив печальную миссию, Истомин вернулся на "Париж". В 1852 г. "за усердно-отличную службу" его наградили орденом Св. Владимира 3-й ст. В сентябре 1853 г., незадолго до начала Крымской войны, "Париж" участвовал в переброске войск 13-й пехотной дивизии из Севастополя на Кавказ, а спустя два месяца, 16 ноября, присоединился к блокировавшей турецкую крепость Синоп эскадре адмирала Нахимова. 18 ноября 1853 г. в Синопском сражении "Париж" под флагом второго флагмана контр-адмирала Ф.М.Новосильского был головным в левой колонне русской эскадры. В рапорте "О Синопском морском сражении" командир эскадры П.С.Нахимов сообщал начальнику Главного Морского штаба князю А.С.Меншикову: "Нельзя было налюбоваться прекрасными и хладнокровно рассчитанными действиями корабля "Париж"; я приказал изъявить ему свою благодарность во время самого сражения..." 28 ноября 1853 г. за Синоп Владимир Истомин был произведен в контр-адмиралы. В представлении, сделанном адмиралом Нахимовым, указывалось, что командир "Парижа" награждался "за приведение корабля в превосходный боевой порядок, поставление его на позицию с неукоризненной точностью, примерную неустрашимость и твердость духа, благоразумие, искусные и быстрые распоряжения во время боя". В декабре 1853-январе 1854 гг. Истомин с командой "Парижа" построил на Северной стороне у бухты Голландия береговую батарею, названную Парижской.

После высадки союзных войск в Крыму контр-адмирал В.И.Истомин в должности командира 3-й бригады 4-й флотский дивизии командовал морскими батальонами, находившимися в Северном укреплении, и Пароходным отрядом, предназначенным для перевозки войск через бухту. Когда же неприятельские войска отказались от штурма Северной стороны и, перейдя через р. Черную направились в Балаклаву и Камышовую бухту, Владимир Иванович вернулся на Южную сторону. С 13 сентября 1854 г. контр-адмирал Истомин состоял в гарнизоне Севастополя командующим 4-й дистанции оборонительной линии, включавшей Малахов курган, 1-й и 2-й бастионы, т.е. большую часть укреплений Корабельной стороны города. Под руководством Владимира Ивановича достраивались и совершенствовались инженерные сооружения, проводились учения прислуги у орудий и пехоты 4-й дистанции, а главное – дистанция отразила 1-ю бомбардировку Севастополя 5 октября 1854 г. Причем сам командир был ранен в руку и голову, но не покинул позиций. Он оставил курган лишь на полчаса, чтобы проститься с умиравшим в Морском госпитале вице-адмиралом В. А.Корниловым. ".. .Успокоив Владимира Алексеевича относительно хода дел на бастионе, Истомин выразил надежду, что рана не смертельна... Попросив благословения Владимира Алексеевича и получив его, Истомин бросился ему на шею и, расплакавшись, побежал на бастион", – так описал увиденное им офицер для поручений при адмирале Корнилове капитан-лейтенант АЛ.Попов. О храбрости Истомина по гарнизону города ходили легенды: "Во время первых дней октябрьской бомбардировки он для себя выбирал постоянно самые опасные места Малахова кургана... Презрение к смерти было в нем развито до фанатизма: когда было очевидным для всех, что выстрелы неприятеля принимают верное направление, он непременно тут становился с трубой в руках, и никакие убеждения не могли заставить его переменить место". Сам же адмирал восхищался мужеством своих подчиненных. В письме брату Константину после октябрьской бомбардировки в 1854 г. он сообщал: "Такого самоотвержения, такой геройской стойкости пусть ищут в других нациях со свечой! То, что сыпалось на наших матросов, составлявших прислугу на батареях, этого не видели люди от века. Бывали несчастные для нас выстрелы, которые разом снимали полприслуги, и до приказания стояли охотники на их места... Ни один здоровый матрос не дозволял себя сменить охотником, которые беспрерывно, со слезами на глазах, упрашивали, чтобы их пустили к пушкам. Словом, чтобы описывать восторженную храбрость наших матросов и офицеров, нужно писать Гомериаду.... У меня нет почти офицера на батареях, который бы не был два-три раза ранен или контужен и при малейшей возможности не возвращался бы на свое место". Признавая заслуги контр-адмирала В.И.Истомина перед Россией, 20 ноября император Николай I подписал Высочайший Указ о его награждении орденом Св. Георгия 3-й ст. "в воздаяние примерной храбрости и самоотвержения, оказанных с самого начала бомбардирования Севастополя, благоразумных распоряжений под сильным неприятельским огнем и уничтожению различных предприятий врага".

Генерал-Адмирал Великий Князь Константин Николаевич писал контр-адмиралу Истомину 25 ноября 1854 г.: "Владимир Иванович! Адъютант мой, капитан-лейтенант Юшков, вручит вам Всемилостивейше пожалованные вам знаки ордена Св. Георгия 3-й степени. Искренне поздравляю вас с сею наградою, которой вместе со мною радуются все балтийские товарищи ваши. Мы все с уважением следим за вашими действиями на защиту Севастополя, история которого украшается теперь вашими подвигами. Пребываю к вам искренне доброжелательным. Константин" Адмирал В.И.Истомин был внесен в Вечный список кавалеров ордена Св. Георгия 3-й ст. под номером 485. Один из руководителей обороны Севастополя, генерал-адъютант Э.И.Тотлебен, впоследствии отмечал: "Несмотря на непоколебимую строгость, которой всегда отличался Истомин, и на большую требовательность его по службе, никто из подчиненных его никогда не роптал, видя своего начальника всегда бодрствующего и всегда впереди, на самых опасных местах. Он подавал собою пример мужества и необычайной энергии. Как этими качествами, так и своей заботливостью о подчиненных Истомин снискал себе большое доверие и популярность в войсках.... Все были уверены, что при таком начальнике, как он, Малахов курган всегда представит самую блистательную защиту". В феврале – марте 1855 г. под общим руководством Владимира Ивановича моряки и пехотинцы заложили передовые укрепления Корабельной стороны Севастополя – Волынский и Селенгинский редуты, а также Камчатский люнет. Очевидец отмечал: "Истомин 7 месяцев, как часовой, не раздеваясь, безвыходно хранил созданный им бастион; по нескольку раз в день осматривал все работы и цепь, даже в секреты ходил в эполетах..." 7 марта 1855 г. в 10 часов утра, возвращаясь на Малахов курган после осмотра работ в строящемся камчатском люнете, контр-адмирал В.И.Истомин был убит прямым попаданием французского ядра в голову. В связи с гибелью адмирала Истомина в тот же день исполняющий обязанности командующего войсками в Крыму генерал-адъютант Д.Е.Остен-Сакен отдал приказ по войскам следующего содержания: "Сегодня Севастопольский гарнизон имел несчастье лишиться начальника 4-го отделения оборонительной линии контр-адмирала Истомина... Потеря этого блистательно храброго, распорядительного, исполненного рвением генерала, подававшего прекрасные надежды, чувствительна для флота и Севастопольского гарнизона. О чем с грустью в душе объявляю сухопутным войскам и флоту, воздавая тем самым справедливую дань доблестной службе и неоценимым заслугам, с честью павшего за Веру, Царя и Отечество и правое дело. Приказ этот прочесть во всех батареях, эскадронах, ротах и сотнях".

Похороны В.И.Истомина

Чиновник для особых поручений при Морском министерстве Б.П.Мансуров сообщал в С.-Петербург из Севастополя 8 марта 1855 г.: "К несчастью, я должен начать мое донесение печальным происшествием, вероятно известным уже в С.-Петербурге – достославной кончиной контр-адмирала Истомина. В кипящей жизни Севастополя давно уже привыкли к мысли о том, что многим еще суждено положить голову за Государя и Отечество; незадолго перед смертью, покойный адмирал лично говорил мне в этом смысле, и как будто предчувствуя, что он будет непосредственным последователем Корнилова, шутя прибавил, что "он давно уже выписал себя в расход и ныне живет на счет англичан и французов"... Можно бы удивляться силе впечатления, произведенного смертью В.И.Истомина, если бы не было известно, до какой степени все уважали его личные качества и военные достоинства; на него возлагали большие надежды, и все считали бастион Корнилова, или Малахов курган, неприступным, потому что с Истоминым шаг назад был невозможен. Сегодня отпевали покойного адмирала в Михайловской церкви, возле адмиралтейства; совершенно обезглавленное тело умершего героя лежало в гробу посреди церкви, покрытое кормовым флагом с корабля "Париж", который он столь славно водил против врагов Отечества в Синопском сражении; 35-й флотский экипаж, т.е. семейство покойного, был выстроен на площади около церкви и в последний раз приветствовал своего любимого и уважаемого начальника. Общее сочувствие к новому, постигшему Черноморский флот горю, выразилось в многочисленном стечении народа, дотого толпившегося около церкви, что трудно было в нее войти; – не нужно и говорить, что все начальствующие, все подчиненные и все те, которые могли сойти со своего поста, сочли обязанностью отдать последний долг новому товарищу Лазарева и Корнилова; я стоял вблизи за П.С.Нахимовым; невозможно было спокойно видеть слезы этого воина, имя которого так грозно разразилось над врагами... В.И.Истомину суждено было занять место, которое Нахимов готовил себе около незабвенного Михаила Петровича... После грустной службы в церкви, печальная церемония с хоругвями и крестами потянулась вверх к бульвару мимо библиотеки, к тому месту, где покоятся Лазарев и Корнилов. Истомина положили возле них в скале и пушечными и ружейными залпами возвестили неприятелю о переселении в вечность еще одного праведного, пред Высшим заступником за Русское оружие и защищаемое им святое дело. Вся толпа, молившаяся за упокой павшего героя, сопровождала его до последней его обители; никто и не думал, что на проходимую процессиею местность беспрестанно падали неприятельские ракеты и бомбы; действительно, осаждающие даже не почтили присутствия хоругвий церковных, воспользовавшись большим скоплением народа и войска..." Еще один очевидец и участник похорон Владимира Ивановича, П.В.Алабин, отметил в своем дневнике: "Что в похоронах Истомина сказалось сердцу, это вынос его гроба: барон Остен-Сакен, Нахимов несли его в головах; другие генералы и штаб-офицеры несли с ними, но по пути до могилы, ему уступленной Нахимовым, все отстали, все переменились у его гроба; один не отстал, один не переменился, не уступил своего почетного места другому ни на минуту – Нахимов. С бесстрастным, но несколько мрачным выражением лица двигался мерным шагом с заветной ношею, отдавая последний долг собрату, товарищу и другу, с которым сроднился в огне и буре!" На следующий день после похорон Нахимов сообщил исполняющему обязанности командующего генерал-адъютанту Д.Е.Остен-Сакену следующее: "Контр-адмирал Истомин убит неприятельским ядром на вновь воздвигнутом Камчатском люнете. Хладнокровная обдуманность при неутомимой деятельности и отеческом попечении, соединенная с блистательной храбростью и благородным возвышенным характером, – вот черты, отличавшие покойного... Качества эти, взлелеянные в нем бессмертным нашим учителем адмиралом Лазаревым, доставили ему особенное исключительное доверие и павшего героя Севастополя вице-адмирала Корнилова. Духовная связь этих трех лиц дала нам смелость, не ожидая вашего разрешения, действовать по единодушному желанию всех нас, товарищей и подчиненных убитого адмирала: обезглавленный прах его удостоен чести помещения в одном склепе с ними. Принимая живое, горячее участие во всем, касающемся Черноморского флота, и зная лично Истомина, вы поверите скорби, удручающей Севастополь с минуты его смерти, и разрешите согласием это распоряжение". В рапорте военному министру князю В.А.Долгорукову Остен-Сакен доносил в столицу: "Вице-адмирал Нахимов приготовил для себя место в соборе Св. Владимира близ вице-адмирал Корнилова, но как Истомин перешел в вечность прежде его, то первый уступает место, испросив позволения похоронить там павшего за Веру, Царя, Отечество и правое дело контр-адмирала Истомина. Я не находил себя вправе отказать в этом". 9 марта 1855 г. П.С.Нахимов писал своему старому другу и сослуживцу, брату погибшего, контр-адмиралу К.И.Истомину: "Оборона Севастополя потеряла в нем (В.И.Истомине) одного из своих главных деятелей, воодушевленного постоянно благородною энергиею и геройскою решительностью; даже враги наши удивляются грозным сооружениям Корнилова бастиона и всей четвертой дистанции, на которую был избран покойный, как на пост самый важный и вначале самый слабый. По единодушному желанию всех нас, бывших его сослуживцев, мы погребли тело его в почетной и священной могиле для черноморских моряков, в том склепе, где лежит прах незабвенного адмирала Михаила Петровича и первая, вместе высокая жертва защиты Севастополя, покойный Владимир Алексеевич. Я берег это место для себя, но решился уступить ему... Три праха в склепе Владимирского собора будут служить святынею для всех настоящих и будущих моряков Черноморского флота. Посылаю вам кусок георгиевской ленты, бывшей на шее у покойного в день его смерти, самый же крест разбит на мелкие части..." В тот же день 9 марта адмирал Нахимов отдал приказ по Севастопольскому гарнизону, в котором просил нового начальника 4-й дистанции оборонительной линии обозначить место, на котором был убит контрадмирал Истомин точно так же, как это сделано на том месте, где был ранен вице-адмирал Корнилов -т.е. выложить крест из ядер и неразорвавшихся бомб. 23 марта 1855 г. Высочайшим приказом о чинах военных контр-адмирал В.И.Истомин был исключен из списков "убитым при обороне Севастополя". Император Александр II в собственноручном письме Главнокомандующему русскими войсками в Крыму князю М.Д.Горчакову так отозвался на тяжелую утрату для защитников Севастополя: "Крайне сожалею о смерти храброго Истомина: он был из лучших офицеров Черноморского флота и старый мой знакомый". Именем В.И.Истомина в 1886 г. русские моряки назвали бухту в Японском море на полуострове Корея; с начала XX в. его имя носит одна из улиц Севастополя у Малахова кургана. В 1905 г. на месте его гибели установлено памятное обозначение в виде обелиска с изображением Георгиевского креста, сохранившееся до наших дней.

© 2006. Собор святого равноапостольного князя Владимира.
Контактный E-mail: soborvladimir@mail.ru.

Создание сайта: Обетование.